?

Log in

В Москве прошла встреча экспертов из России, Франции, Германии, Австрии и Италии, посвящённая вопросам миграции и гражданства на европейском континенте. Встреча была организована Институтом лингвоцивилизационных и миграционных процессов фонда «Русский мир».

16 января в гостинице «Националь» (Москва) прошла международная встреча экспертов, организованная Институтом лингвоцивилизационных и миграционных процессов (ИЛМП) фонда «Русский мир». Заседание состоялось в рамках постоянного экспертного диалога по вопросам миграции, гражданства и связанной с ним проблематики. Нынешняя встреча прошла в расширенном формате: помимо традиционно представителей России, Франции и Германии к участию были приглашены также представители Италии и Австрии.

В заседании приняли участие ректор Российского университета дружбы народов Владимир Филиппов, директор Института Европы РАН Алексей Громыко, директор Департамента по гуманитарному сотрудничеству и правам человека МИД России Анатолий Викторов, директор Института государства и права РАН Андрей Лисицын-Светланов, начальник Управления Президента РФ по обеспечению конституционных прав граждан Дмитрий Жуйков и другие специалисты от России; политолог, экс-заместитель министра внутренних дел Франции Иван Бло, директор консалтинговой компании Planeting Каролин Галактерос, исполнительный президент ассоциации «Франко-российский диалог» Александр Трубецкой и другие эксперты от Франции. Германию представляли начальник юридического управления Академии политического образования в Тутцинге Геро Келлерман, заместитель управляющего Экспертного совета немецких фондов по миграции и интеграции Хольгер Кольб, экс-начальник исследовательского управления Федерального ведомства по делам мигрантов и беженцев (BAMF) барон Ганс-Дитрих фон Лёффельхольц. Австрию вице-президент Венского государственного университете Хайнц Фасман, Италию генеральный секретарь Европейского института политических, экономических и социальных исследований (EURISPES) Марко Риччери.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

Каждую неделю на электронный адрес волонтёров из Австрии  приходят два – три запроса с просьбой помочь отыскать информацию о погибших в Австрии в годы Второй мировой войны советских гражданах. Об этом рассказывает наша соотечественница Юлия Эггер.
– Два года назад вышла Книга памяти «Советские граждане, погибшие в Австрии в годы Второй мировой войны, и места их захоронения», над которой Вы работали более пяти лет. Теперь эта работа закончена?
– Эту работу начал больше почти 40 лет назад австриец Петер Сиксль. В 2010 году вышла первая книга памяти. Мы вместе с моей соотечественницей Александрой Кольб присоединились к Петеру пять лет назад. При нашем участии в 2015 году, к 70-летию Победы, вышло второе, исправленное и дополненное издание Книги. В ней 80 тысяч имён советских граждан – бойцов, пленных, угнанных на принудительные работы,  погибших и захороненных на территории Австрии.
Поиск был для нас вначале чем-то вроде романтического хобби, а со временем стал полноценной работой, если иметь в виду количество затраченного времени и результаты, которых нам удалось добиться. Этой работой мы занимаемся каждый день.
Петеру Сикслю 70 лет, он не владеет русским языком. Мы с Александрой говорим по-русски и также хорошо знаем немецкий. И это даёт нам возможность работать в австрийских архивах – искать и работать с документами. За два года после выхода второй книги обнаружено очень много новой информации. Впору писать третью книгу. Мы работаем над созданием электронной Книги памяти – интернет-порталом, где родные смогут увидеть могилу близкого человека, узнать о месте, где он похоронен.  Мы покажем человеку кусочек истории его семьи. Это будет живой портал, где, кроме информации о погибших, будут размещаться статьи о советско-австрийской истории, рассказы о людях, которые здесь воевали, информация о памятных мероприятиях, касающихся тематики портала.
– Сегодня известны уже все имена советских солдат и военнопленных, захороненных в Австрии?

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Традиционная русская одежда медленно и для многих незаметно возвращается в повседневный быт. Скрип валенок по грязному городскому снегу и сарафанный крой современных платьев пока не бросается в глаза и уши, но в дизайнерских студиях, ателье и мастерских эту тенденцию отмечают уже несколько лет.
Заказчики и дизайнеры черпают идеи для выходной и повседневной одежды в бабушкиных сундуках. По словам мастеров и специалистов по русскому костюму, новую моду, как ни странно, во многом сформировал Интернет, который многие считают губителем традиций. «Информации о подлинной русской культуре и старой жизни стало больше, люди увидели подлинную одежду предков, а не ту, в которой пляшут эстрадные ансамбли русской песни, и заинтересовались ей», – говорит педагог и мастер из Вологодской области Лариса Розова.
Сваляно для жизни
Легендарный французский актер Пьер Ришар, приехав на съемки в Вологодскую область несколько лет назад, три дня ходил в валенках. Домой во Францию он увёз три пары – подаренную и две купленных на ярмарочных развалах. Сказал, что мягче и теплее обуви не надевал. И очень удивлялся, что местные жители не носят валенок, хотя в центре Вологды они продаются на каждом углу.
Наталья Кириллова
Наверняка, на развалах, которые увидел Ришар, были и валенки, сделанные мастером из глухой вологодской деревушки Слизово Натальей Кирилловой. Жюри лондонского фестиваля-конкурса «Этно арт фест», вручая ей диплом за второе место в номинации «Этнический стиль», вероятно, думало, что расписанные под хохлому валенки – выставочная модель, и оценивали в большей степени рисунок, а не крой. Но не тут-то было – в валенках Натальи Кирилловой ходят по всей стране и даже за границей. Большинство её изделий-произведений, свалянных в крохотной мастерской при деревенской избе, расходятся в Вологодской области по ярмаркам и магазинам, но интернет-заказы поступают из десятков регионов России и зарубежья. Январские морозы этого года спровоцировали ажиотаж, а следом и дефицит на валенки вологодской пенсионерки.  

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Переводчица, публицист, автор множества статей о русской литературе и искусстве, организатор выставок Одиль Белькеддар не знает устали во всех своих начинаниях. В 2016 году она была удостоена престижной награды «Русофония» за перевод автобиографической повести Корнея Чуковского «Серебряный герб». Одиль рассказала «Русскому миру», как для неё русский язык стал практически родным.
– Одиль, правильно ли я понимаю, что Вы по образованию библиотекарь? Если это так, то что Вас привело к переводческой деятельности?
– Заинтересовалась я русским языком ещё в лицее (да-да, в моём лицее тогда преподавали два обязательных языка – один был английский, а второй мог быть испанский, немецкий или русский!), причём в немалой степени благодаря прекрасной преподавательнице – мадам Пёти (Petit). По окончании лицея я даже обратилась к ней с вопросом, кем лучше быть: преподавателем русского языка или же спорта…
Одиль Белькеддар
Последовав её совету, я получила гуманитарное образование: закончила университет со специализацией по русскому языку. Мой диплом был о Велимире Хлебникове, поскольку меня очень увлекло его умение «играть с языком», создавая новые слова, пусть они даже остались только в его стихах. Они, однако, давали возможность почувствовать, на что способен такой язык, как русский, при творческом подходе к нему. Таким образом, помимо формального образования в университете, я уже сама нашла для себя такого прекрасного «преподавателя», как Хлебников, который привил мне особое отношение к русскому языку и дал почувствовать его особый аромат и вкус. Мне в очередной раз очень повезло в жизни: руководителем моего диплома был известный переводчик Маяковского Клод Фрийю (Claude Frioux), который и посоветовал обратить особое внимание на Хлебникова.
Когда я начала искать работу, оказалось, что найти место с русским языком очень трудно. В какой-то момент я узнала, что есть место в одной детской библиотеке под Парижем, и в результате целых 35 лет проработала в библиотечной системе! То есть я была каждый день окружена и книгами, и читателями разного возраста. Однажды я приехала в Москву, на книжную ярмарку, и увидела, как много интересных и разных книг издается у вас в стране. И подумала, что некоторые могли бы быть интересны читателям во Франции.
– И тогда Вы решили начать переводить?

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Русскую диаспору в США формировали разные потоки: из Европы, Китая, Южной Америки. Что объединяло этих людей и почему возникла насущная необходимость в создании Конгресса русских американцев, считающего одной из главных своих задач борьбу с русофобией? Об этом  рассказывает президент Конгресса русских американцев Наталия Сабельник.
– В предыдущем интервью мы остановились на том, что большая группа беженцев с Тубабао уехала в США. Расскажите, как люди устраивались, чем они занимались, как искали работу.
– Конечно, у всех было по-разному, но большинство готовы были браться за любую работу, чтобы выжить. Мой папа – дворянин, белый офицер, в Шанхае он работал охранником, работал в полиции. В те годы в США без знания языка было очень сложно устроиться. Тем более что папе было уже 45 лет, когда он приехал. И как очень-очень многие он пошёл работать уборщиком. И всегда мне говорил: «Никогда не стесняйся любой работы, всегда исполняй её добросовестно, честно. И лучше работать, чем жить на пособие». Хотя в те годы никаких пособий не было. Это сегодня, когда люди приезжают и не могут сразу найти работу, им дают пособия, марки на еду, а тогда ничего подобного не было.
Наталья Сабельник
Мой папа ни одного дня не пропустил – только когда был в больнице на операции, а так даже когда был простужен, всё равно шёл на работу. И повторял мне: «Всегда гордись, что ты работаешь».
– Русским беженцам в Австралии тоже пришлось нелегко – многие из них работали на плантациях…
– Да, наши родственники, которые уехали с Тубабао в Австралию, должны были отрабатывать своё право на переезд в эту страну. Мужчины работали на стройках, занимались самым тяжёлым физическим трудом, чтобы вернуть деньги, затраченные на их переезд. И Австралия принимала именно тех, кто помоложе и может много работать.
– А как ваши родители нашли жильё?

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Говоря о первооткрывателях, о тех, кто раздвигал границы своей родины, обогащая государство новыми землями, мы не можем забыть и тех, кто проходил теми же тропами, но с совершенно другой целью. Их труд был не менее тяжёл, многие заплатили жизнью за свой выбор. Их не интересовали золото, меха и торговые пути. Царство, ради которого они старались, было не на земле. Сегодня поговорим о русских миссионерах.
Россия с самых ранних своих дней многим обязана миссионерам и их подвигам. Благодаря святым братьям Кириллу и Мефодию у нас есть письменность. Неизвестный греческий миссионер Философ во время легендарного выбора веры блестяще раскрыл Владимиру суть православия, оказавшись убедительнее своих конкурентов. Византийские священники, пришедшие с князем Владимиром, учили Русь христианству, просвещали язычников, да и сам Владимир, равноапостольный князь, выступал практически как миссионер, убеждая свой народ креститься. Спустя всего лишь сто лет на Руси появились свои книжники и богословы. А ещё через какое-то время – и свои миссионеры.
Миссионеры Средневековой Руси
В 1110 году иеромонах Киево-Печерской лавры Кукша (во святом крещении Иоанн) отправляется на проповедь в земли вятичей. Это было племя диких воинов, язычников, про которых Нестор Летописец писал: «Они живут в лесах, как всякий зверь, и едят всё нечистое». Глубоко во владение вятичей заходить никто не смел. Среди вятичей практиковалось волхвование, приносились кровавые жертвы, в том числе и человеческие. Сам Кукша принадлежал к знатному вятичскому роду, и Церковь прославила его не как Иоанна, а именно под его языческим вятским именем. Преподобный Кукша был убит на краю болота, недалеко от скита, в котором жил (в 15 км от нынешнего Мценска). Историки считают, что расправились с Кукшей жрецы вятичей, обозлённые на священномученика за его успешную проповедь.
Странными путями порой приходили люди к христианству. Удачливый и богатый купец-мусульманин из волжских болгар, по работе часто общаясь с русскими коллегами, постепенно пришёл к православию, крестился – и с тех пор стал Авраамием Болгарским. Каково же было удивление его соотечественников, когда на ярмарке в городе Великие Булгары он, забросив торговлю, стал проповедовать, рассказывая о Христе и призывая народ к покаянию и крещению. Сперва новоявленного миссионера пытались урезонить, потом жестоко избили всем миром, морили голодом, а когда и эти меры ни к чему не привели, его, не мудрствуя лукаво, четвертовали (1229 г.) на берегу Волги.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

Негативные прогнозы, предрекавшие России демографическую катастрофу, к счастью, не оправдались. Последние 16 лет в стране растёт рождаемость. Но и на уровень качественного прироста населения мы пока не вышли. Какими мерами можно этого добиться? Об этом рассуждает научный сотрудник сектора демографии, миграции и этнорелигиозных проблем Российского института стратегических исследований Сергей Галиев.
– В 90-е годы, да и в нулевые всё, что говорилось о демографических процессах в нашей стране, носило исключительно апокалиптический характер – рождаемость падает, Россия вымирает. А что сейчас?
– Начиная примерно с 2000 года ситуация у нас переломилась – неожиданно для всех. И начался небольшой рост. Когда мы говорим о рождаемости, нужно обращать внимание не на прирост населения, потому что процессы в демографии достаточно инертны – то, что когда-то там был рост, даёт эхо через многие десятилетия. И когда говорят о приросте, это ещё не значит, что рождаемость вышла на элементарный уровень замещаемости поколений. Базовым показателем является суммарный коэффициент рождаемости – количество детей в среднем на одну женщину. Если на женщину приходится два рождённых ребёнка, то мы можем говорить о замещении поколений – рождается столько же, сколько умирает. Если детей на одну женщину немного больше (в среднем), то можно говорить о качественном росте – одно поколение сменяет другое, и количество при этом не уменьшается.
В 90-е годы у нас был страшный провал – тогда показатель рождаемости был 1,2. Считается, что это уже необратимая ситуация, – хотя почему, непонятно.
– А с 2000 он начал расти сам по себе? Тогда же никаких мер по мотивации рождаемости не предпринималось.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
4 и 5 февраля Париж станет европейским центром русской литературы. В Латинском квартале пройдёт фестиваль «Дни русской книги и русскоязычных литератур», участие в котором примут писатели, переводчики, слависты и общественные деятели. О том, насколько важно это мероприятие для французской публики, рассказывает координатор фестиваля Кристин Местр.
– Фестиваль «Дни русской книги и русскоязычных литератур» проходит в Париже в восьмой раз. В чём особенность нынешнего?
– Особенность в том, что он состоится в восьмой раз, несмотря на то, что наш бюджет сократился на 70 %. Другие организаторы бросили бы проект, но с учётом того, каких усилий это нам стоило на протяжении 11 лет, начиная с первой премии Русофония, и с учётом того, чего мы в итоге добились, опустить руки было невозможно! Конечно, говоря о нашем нынешнем положении, такая ситуация не может продолжаться.
В этом году мы принимаем более 70 участников. Тридцать восемь писателей, cлависты, университетские деятели, издатели, переводчики и многие другие осветят перед публикой тему «Голоса русскоязычной диаспоры». Почему авторы продолжают писать на русском языке за рубежом? О чём и как они пишут, какие аспекты выходят на первый план, какие темы превалируют – тема исторической родины или стран их нынешнего проживания? Вот главные темы круглого стола.
– За эти восемь лет как-то изменилось отношение к русской литературе во Франции?

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Татьяна Млечко – ректор Славянского университета в Кишинёве, единственного в Молдавии полностью русскоязычного вуза. По мнению филолога, русский язык на постсоветском пространстве подвергается мощному воздействию национальных государственных языков, и этот процесс нуждается в пристальном внимании и коррекции.
– Вы являетесь автором работы «Языковая личность русского зарубежья». В чём главные отличия «языковой личности» русскоязычного человека, живущего за рубежом, в Молдавии, и типичного россиянина?
– За прошедшие четверть века со времени начала нашего раздельного существования с Россией многое изменилось. Во-первых, замечательный молдавско-русский билингвизм сильно истончился. Русская языковая личность изменилась: если раньше все русскоязычные были монолингвами, то за это время они успели стать билингвами.
Когда человек начинает пользоваться ещё одним языком, немного меняется и его речь, и его речевое поведение. В общем-то, это естественно в любой иноязычной стране и в ситуации любого инокультурного окружения.
Те процессы, которые естественно происходят в языке, не могут вызывать сопротивления. Так же как россиянам можно было тысячу раз сопротивляться заимствованиям из английского, особенно в компьютерной, технической сферах, всё равно с этим пришлось бы смириться. Со временем эти заимствования русифицировались, то есть адаптировались и стали частью своего языка. Точно так же в странах русскоязычного зарубежья адаптировалось то, что вошло в русский язык из национальных языков.
Например, названия денежных единиц. Когда в Молдавии появились «лей» и «бан», эти слова стали склонять наподобие русских «юбилей» и «стакан», и это отличалось от того, как эти слова используют в  своей речи молдаване – носители румынского языка. Таких примеров много. Потому что у нас другие названия государственных учреждений, документов, должностных лиц – от этого никуда не денешься, и их пришлось заимствовать.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Государства воюют друг с другом не только с помощью оружия, но и распуская порочащие слухи. Россия чувствовала это на себе веками и продолжает чувствовать. Запуск в обращение басни о «потёмкинских деревнях» – самая успешная операция «чёрного пиара» в истории: ведь этот миф держится уже более двухсот лет.
Даже если вы ничего не знаете о многовековой вражде Англии и Голландии, вам о ней расскажет словарь: Dutch courage («пьяная удаль»), Dutch widow («проститутка»), Dutch bargain («сделка по пьяной лавочке»), Dutch feast («пир, где хозяин напивается первым»), Dutch defence («притворная защита»), double Dutch («галиматья»), in Dutch («в трудном положении»), I’m a Dutchman if («пусть я буду голландцем, если…» имеется в виду – «будь я проклят»). Даже сегодня, когда старинные войны изгладились из памяти, лягушку можно назвать в Англии голландским соловьём, а нестройный хор голландским концертом — вас все поймут. Когда-то эти обороты были порождены злобой, но даже сегодня, пусть и с пометой obs. (устар.), они включаются в большие словари.
А вот «потёмкинские деревни» никакими пометами не снабжаются, густо порхая в Сети, печати и эфире. Хотя давно уже доказано (а умным людям было ясно с самого начала), что это не более чем измышление, порождённое самой низменной завистью.
Запуск в обращение басни о «потёмкинских деревнях» – самая успешная операция «чёрного пиара» в истории: ведь этот миф держится уже более двухсот лет, продолжая работать против страны, во вред которой он был сочинён. Что самое удивительное, работает не только вне России, но и внутри неё.
«Пусть балагурят, а мы дело делаем»
До истоков мифа добрался покойный академик А. М. Панченко. В 1787 г. Екатерина II показывала австрийскому императору Иосифу и иностранным послам свои новые земли: Новороссию и Крым. К Чёрному морю плыли по Днепру от Канева, на ночь причаливая к берегу. На фоне неудач Австрии в турецких делах и плачевного состояния Польши, второй западной соседки России, гостей поразили русские достижения, размах строительства в Екатеринославе (задуманном как «третья столица» Российской империи), Херсоне, Николаеве, Севастополе. Особенно потрясли верфи, со стапелей которых в присутствии гостей были спущены первые корабли. От Екатерины не ускользнула досада некоторых участников поездки. Она писала Потёмкину: «На зависть Европы я весьма спокойно смотрю. Пусть балагурят, а мы дело делаем».

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


Profile

russkiymir
Фонд «Русский мир»
Website

Latest Month

February 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner